9 березня 2016

В своем уме: молодые и успешные украинские изобретатели о плюсах и минусах нашей науки

Денег на науку в Украине выделяется недостаточно. Впрочем, несмотря на это, у нас в стране все еще работают талантливые ученые – как опытные, так и не очень. Platfor.ma расспросила молодых и уже успешных отечественных ученых о том, где брать деньги, чем живет украинская наука – и живет ли она вообще.

 

Фотографія: shutterstock.com

Александр Шиманко, разработчик «умной подушки», победитель международной конференции Falling Walls

IT-сфера – это одна из тех отраслей, которые в Украине постоянно развиваются. То же самое касается и научной сферы. Так что научный потенциал у нашей страны однозначно есть. Единственная загвоздка в том, что людям, которые что-то делают, приходится самостоятельно искать ресурсы и возможности.

 

Своим научным потенциалом Украина обязана человеческому ресурсу. Наше образование дает то, что нужно, и еще много чего ненужного, если честно. Но при этом оно делает украинцев очень интересными людьми. Наши люди думают универсально, сразу в нескольких направлениях. Наши айтишники умеют чинить трубы – попробуйте найти такую диковинку где-нибудь еще.

 

 
В то же время теоретическое образование создает в головах студентов стены. Наши студенты не уверены в себе, они боятся начинать что-то делать. Слишком много теории при отсутствии объяснения, как применять ее на практике, создает неуверенность.

 

Со стороны университетов было бы правильно внедрять практические курсы. Молодые иностранные ученые, которых я встретил на Falling Walls в Берлине, чувствуют себя куда уверенней. Отчасти из-за практической направленности образования, отчасти потому, что они знают – завтра их проект не закроют и финансирование не прекратится.

 

Куда-то переезжать я не собираюсь. Но все же моя компания будет зарегистрирована в США, потому что там лучше климат для стартапов: проще организовать бизнес и получить патент. Университеты США сразу же пошли нам навстречу и дали гранты. Но даже если вы молодой ученый и регистрируете стартап в другой стране, оставаясь здесь, вы обеспечиваете Украине иностранные инвестиции.

 

 

Для того, чтобы поддерживать отечественную науку, надо просто обращать внимание на тех, кто что-то делает, и вкладывать в них. Например, создавать больше грантов, а не тратить эти деньги на малопонятные реформирования каких-то подразделений.

 

Антон Головаченко, изобретатель роботизированного экзоскелета, посол Европейской молодежной премии

Перед молодыми учеными стоит выбор: оставаться здесь и прикладывать большие усилия, чтобы как-то развиваться, или уезжать за границу, где уже создана хорошая инвестиционная экосистема, но отрываясь от семьи и друзей. В общем, нужно выбирать между дружеской поддержкой и поддержкой финансовой. Я пока не знаю, каким будет мой выбор.

 

На мой взгляд, у нас инвестиционную экосистему создать практически невозможно. Разве что в региональном масштабе. Например, во Львовской области инвестиционный климат серьезно улучшился, но если мы посмотрим на Ровенскую, Черниговскую, Сумскую, Черкасскую, да практические на любую область, то там – мрак. Поступления инвестиций зависят от наличия интересующих инвесторов стартапов и налоговой системы. Объясню на примере. В Гонконге, если стартап там дислоцирован, то ему надо платить налог 16%. А если он работает из-за рубежа, то ничего платить не надо. Благодаря этому сейчас у них зарегистрировано около 2 тыс. стартапов. Большая часть наших стартапов переезжает. Не только из-за налогов, но и из-за отсутствия у украинцев покупательской способности.

 
Когда мы говорим о перекупке стартапа, то речь идет о потере интеллектуального капитала. Украина таким образом лишается людей и денег, которые могла бы заработать.

 

Сейчас существует определенное количество фондов, инкубаторов и акселераторов, которые работают над построением экосистемы. Мечтать о такой экосистеме, как в Гонконге, Лондоне и Сан-Франциско нам не вредно, но рановато.

 

Самая важная задача государства во всей этой схеме – не вмешиваться. И желательно понижать налогообложение, а не изымать серверы у IT-компаний. Проблем много. У нас хватает квалификации, но отчаянно не хватает ресурса. В 2016 году сократили финансирование исследований и образовательных учреждений. Это очень плохая тенденция. Если государство не выделяет денег на науку, то сокращается заинтересованность молодежи в научной работе, а если не будет заинтересованности молодежи – то нам рассчитывать не на что.

 

В Западных университетах вроде Беркли, Стэнфорда, да даже той же Польской политехники, работают по такой модели: студентам выделяют финансирование под конкретные разработки, таким образом заинтересовывая их. Кроме того, эти университеты сотрудничают с акселераторами, продвигая разработки своих студентов и работая на свой собственный имидж. Постановление «Об экономии государственных средств» от 2014 года запрещает нашим университетам тратить деньги на научные исследования, оборудование и образовательные поездки. Альтернатива университетскому финансированию – это модель, когда инкубаторы помогают находить венчурных инвесторов. Однако тогда предприниматели без специального образования, но с талантом к программированию и инженерному делу, будут разрабатывать свой продукт и продвигать его на мировом рынке. Вопрос: зачем нам тогда специальное образование?

 

 

Университеты должны помогать студентам как в плане образования, так и финансово. Мы по-прежнему работаем по бюрократической модели, которая досталась нам в наследство от СССР. Если сейчас не предпринять шаги, которые ускорят развитие проектов на ранней стадии и привлечение инвесторов, то мы и дальше будем стоять на месте и видеть, как уникальные украинские продукты и изобретения покидают нашу страну. Александр Борняков из WannaBiz говорит, что в Украине закончились стартапы. На самом деле это не так, они просто тут не задерживаются.

 

Многие международные компании нанимают наших ребят, потому что у них хорошая подготовка, лучше даже, чем у китайцев. Плюс, конечно, фактор девальвации гривны. Подготовкой наши программисты обязаны не университетам, а самообразованию. Плюс из-за фриланса и аутсорсинга наш рейтинг в мире растет. Динамика в целом положительная, но не настолько, чтобы радоваться.

 

Сергей Батарчук, создатель UA-Robotics, студенческого стартапа в области робототехники, наставник победителей Всеукраинской олимпиады по роботехнике

Сейчас есть необходимость не в инвесторе с большим кошельком, а в профессионалах, которые знают свое дело и умеют добиваться видимых результатов. Проблема украинской науки заключается в том, что она часто останавливается на уровне расчетов и не доходит до этапа реализации. Главная черта ученого будущего – умение брать на себя ответственность за доведение проекта до логического завершения, за правильность эксперимента, работоспособность установки, правдивость теории.

 

В Украине есть большой разрыв между бизнесом и научными разработками. Ученые часто не могут объяснить инвесторам, как внедрить их разработку, чтобы она приносила деньги, инвесторы же не финансируют то, где они не видят монетизации. Нам нужна прослойка людей, которые могут общаться с менеджерами на их языке, а с учеными – на их. Это люди, которые будут видеть проблемы, существующие в обществе, и ставить конкретные задачи перед учеными. Такие посредники должны быть одновременно менеджерами и иметь отношение к научной деятельности – а это непросто.

 

Молодым ученым и аспирантам часто не хватает компетенции в работе с грантами.  Это очень важный навык. Преподаватели же, которые имеют многолетний опыт работы и понимание того, как получить грант, часто перегружены лекциями и семинарами, поэтому не имеют возможности помогать в этом студентам. Да и сами редко ищут гранты.

 
Академическое образование в форме лекций-семинаров со временем уйдет в небытие, его вытеснит проектное.

Группы студентов будут работать над решением определенных проблем общества, и самостоятельно искать для этого знания и возможности, а учебные заведения, в свою очередь, будут создавать все необходимые условия для их работы. Такие проекты будут варьироваться от создания новых устройств до изменения научных парадигм. Но их будет объединять практическая направленность и социальная значимость.

 

Мне хотелось бы получить определенный опыт за границей в относительно неразвитой у нас сфере – робототехнике. А потом вернуться и запустить свой образовательный проект, а может, и создать своё учебное заведение нового современного формата.

 

Очень большой потенциал есть во всех областях, в которых для работы нужен только компьютер. Доступность 3D-печати, программ с открытым кодом, высокие зарплаты для ІТ-специалистов и 3D-дизайнеров дают возможность начать развиваться в этих направлениях, даже без опыта работы.

 

Придет время и новое поколение ученых будет решать сложные задачи, разворачивая виртуальную сеть компьютеров в Cloud, проектировать и строить роботов с помощью дополнительной реальности, а затем продавать их за крипто валюту. Но главное, они будут знать ответ на очень важный вопрос: для чего они это делают.

 

Андрей Маранов, создатель программы, позволяющей распечатывать 3D-муляжи костей в реальном размере, СEO «Araned», победитель конкурса Vernadsky challenge-2015

Я верю в украинскую науку! Ее вполне можно развивать в Украине, поэтому я не планирую никуда уезжать навсегда. В той сфере, где я работаю, – на стыке медицины и IT – очевидны огромные перспективы. У нас очень хорошие интеллектуальные ресурсы в плане математики и физики. Разрабатывать IT-технологии в нашей стране – прекрасный стратегический ход. Во-первых, потому что мозги, а во-вторых, потому что наши программисты высочайшего уровня просят меньше денег, чем западные. Мы вполне можем развивать проекты здесь, а потом масштабировать их на другие страны.

 
Если молодой ученый решает создать стартап, то ему необходимо обдумать его важность и дополнительную стоимость. Стоит поговорить с экспертами и прежде всего потенциальными потребителями о том, насколько рынку нужен ваш проект.

 

После этого нужно срочно бежать и искать команду. Хорошая команда – это залог успешной реализации проекта. Стоимость гениальной идеи без реализации – это $10. Добавочная стоимость идеи послабее, но с отличной реализацией – это уже миллионы.

 

Когда мультинациональные корпорации покупают стартапы и проекты, то они покупают права на эти проекты и сотрудников. Посему если сотрудники находятся в Украине, то и доходы идут в Украину.

 

Мы недавно прошли программу акселерации в Хельсинки. У них существует государственная программа финансирования разработок и стартапов, и инвестиции там очень значительные. В нашей стране не хватает понимания важности научных разработок. Экосистему может развивать не только государство. Большая роль в ее развитии принадлежит молодым ученым, бизнес-ангелам, апологетам стартапов. Для того, чтобы получить финансирование, ученым следует искать бизнес-ангелов – одиночных инвесторов, заинтересованных в их проекте. А заинтересовать и тех, и других, рассказать о всевозможных выгодах проектов, должны как раз апологеты стартапов – например, уже успешные стартаперы.

 

 

На уровне государства сократить бюджет на науку в 2016 году – это большая ошибка, даже учитывая сложившуюся ситуацию.  Мне это говорит только о том, что мы не мыслим стратегически, что базовой стратегии развития у нас попросту нет. Наука – это инвестиция в будущее. С нашим потенциалом Украина могла бы стать крупным мировым игроком в научной сфере. Но для того, чтобы им стать, например, через 15 лет, уже сейчас нужно было бы следовать определенной стратегии. Но опять же, разработка стратегии зависит не только от государства, но и от каждого из нас.


comments powered by Disqus